Первые шаги


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

А еще ему нужно знать искусственное кровообращение и гипотермию, уметь осуществлять временное аортальное шунтирование и применять искусственный водитель ритма.

Он должен также уметь четко взаимодействовать со всей хирургической бригадой. А кроме того, хорошо знать послеоперационный период, изучить риск операции и возможные неожиданности, от которых никто не застрахован. А я добавлю: он должен быть очень объективным и ответственным человеком. Впрочем, без этих качеств невозможно выполнение всех тех задач, которые ставит перед будущим кардиохирургом Джон Кирк-лин.

Кратко перечисленные здесь положения в совокупности представляют собой четкую, конкретную программу подготовки кардиохирурга, на каком бы континенте он ни находился. В идеале ее надо бы предъявлять всем, кто решил посвятить себя этой области. Лучше заранее прикинуть: хватит ли характера, способностей, сил, чем потом бросать на полпути или, хуже того, приступать к работе, не имея для этого должных оснований.

В начале 1960 г. Александр Николаевич Бакулев, будучи тогда президентом АМН СССР и основоположником Института сердечно-сосудистой хирургии АМН СССР, предложил мне заведование отделением врожденных пороков сердца.

1960—1963 гг. Все молодое отделение врожденных пороков сердца Института сердечно-сосудистой хирургии охвачено энтузиазмом. Мы должны быть лучшими, первыми. Для этого надо много работать, знать, бескорыстно трудиться. За два года мы оставляем позади все клиники страны и идем по количеству и качеству операций на открытом сердце вровень с Н. М. Амосовым. Выполнены первые в стране операции в условиях искусственного кровообращения в сочетании с гипотермией, первые под глубокой гипотермией с остановкой кровообращения, первые — с использованием кардио-плегии. Вот значительно сокращенный список операций, выполненных в этот период впервые в стране:

—    радикальная коррекция полной формы открытого атриовентрикуляр-ного канала;

—    пластическое закрытие дефекта межжелудочковой перегородки с пластикой аортального клапана при его недостаточности;

—    коррекция полного и ряда форм частичного аномального дренажа легочных вен;

—    устранение подклапанного стеноза аорты в условиях искусственного кровообращения.

Наконец, очень большой успех — операция протезирования клапана легочной артерии. Надя Л. страдала врожденной агенезией клапанов легочной артерии, сужением фиброзного кольца, инфундибулярным стенозом выводного тракта правого желудочка и подгребешковым большим дефектом меж желудочковой перегородки. Первая в мире операция протезирования клапана легочной артерии и в то же время вообще первое протезирование клапана в Советском Союзе.

С нами тогда работал Борис Алексеевич Константинов — талантливый ученый, хороший хирург, прекрасный исследователь, мой большой друг. Это он выполнил зондирование сердца девочки (вообще, все сложные исследования мы делали тогда сами), использовав двухпросветный зонд и получив уникальную для того времени кривую и оригинальную ангиокардиограмму. Мы видели такую ангиокардиограмму впервые и впервые столкнулись с таким пороком. Продумав все детали, решились на операцию. В нашем распоряжении был только клапан, созданный Г. Т. Голиковым, которого тогда звали просто Гришей. Девочка выжила.

Я сейчас вспоминаю, с кем из клиницистов и исследователей моложе меня мне было интереснее всего работать. Пожалуй, с Б. А. Константиновым, Л. А. Бокерия, В. П. Подзолковым, В. А. Лищуком, А. В. Иваницким, В. В. Алек-си-Месхишвили. Успех в общей работе зависит от совокупности слагаемых, важнейшие из которых — умение взаимодействовать и совместимость характеров. Свойства эти не только природные, при желании можно научиться жить в коллективе, хотя это и не всегда просто. Но без коллектива в нашем деле вообще невозможно, недаром те, кто не сумел или не захотел стать членом нашей большой семьи, впоследствии, уйдя в другие учреждения, так и не смогли создать ничего нового, интересного, оригинального, хирургического лечения врожденных пороков сердца в раннем детском возрасте. В 1965 г. я поговорил о расширении нашего фронта работ в этом направлении с директором института С. А. Колесниковым. Ответ был неутешительным: «Не стоит повышать смертность в институте, она и так велика». Я пытался возражать, настаивал: «Но у нас же научно-исследовательский институт, а мы предлагаем заняться абсолютно новой проблемой, очень нужной нашему здравоохранению». Согласия так и не последовало.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10